От печали до радости… ( Или занимательная стенограмма с одной защиты )

В отличие от всего прогрессивного человечества, которое празднует решимость тов. Путина не оставлять российский народ си́ротами на ближайшие шесть лет, у меня это эпохальное событие буйной радости почему-то не вызвало. Тем не менее, сегодня и на моей улице случилась пара маленьких праздников. Во-первых, утром в трамвае, по дороге на работу, кондуктор с моих протянутых двадцати рублей сдала мне сдачу четыре рубля, как нормальным людям, а не восемь — как полагается законным пенсионерам. А, во-вторых, когда я прогуливал вечером в коляске мою пятимесячную внучку Алису, меня догнала женщина и спросила: «Молодой человек, не подскажете, где здесь банкомат Сбербанка?». Правда, было довольно темно… Но то, что я ещё могу сойти у женщин за «молодого человека», хотя бы со спины и в кромешной тьме, не может не вселять некоторый осторожный оптимизм.

Когда наша начальница отдела аспирантуры и докторантуры исключительно по доброте душевной приглашает меня выступить перед аспирантами первого года обучения, то я говорю молодым людям (если, конечно, не забываю) о необходимости вырабатывать в себе устойчивость к внешнему, со знаком «минус», психологическому воздействию. Потому, что на научном пути, усыпанном не только розами и лилиями, но и терниями, вы обязательно встретитесь с людьми, которым вы будете, мягко скажем, не симпатичны.

Особенно фатальным для аспиранта оказывается отсутствие навыков противостояния субъективно-агрессивно-вербальным атакам посторонних в процессе защиты своей диссертации. Поскольку именно защита написанной в муках научной квалификационной работы на заседании диссертационного совета, является (по крайней мере, в теории) апофеозом любой аспирантуры.

При этом нужно помнить, как «Отче наш», следующее.

«Завалить» на защите в диссертационных советах могут любую, даже самую толковую квалификационную работу.

Ведь чем, в конце концов, профессор отличается от простого аспиранта или соискателя? Не часами же «Ролекс», а существенно бо́льшими знаниями, опытом, квалификацией и научным авторитетом (пусть даже и мнимыми). Да ещё кучей шаблонных словесных заготовок на все случаи жизни, выскакивающих из головы почти автоматически. Поэтому с высоты своих прожитых лет и количества «съеденных собак» в своём деле, любой доктор наук, мало-мальски разбирающийся в том, что вы там у себя «накарякали», за пять минут докажет всем присутствующим, что это — «полный бред и ахинея».

Другое дело, что настоящие профессора, которые реально «пашут» сами, никогда не «валят» беззащитного соискателя степени из-за того, что им просто не нравится его «физия», или им «попала шлея под мантию».

Опасность кроется в той немногочисленной категории членов советов, которые «хочут только свою образованность показать», не прочитав ни строчки из вашего «диссера», и лишь мельком проглядев автореферат. Их даже не останавливает тот факт, что диссертант прошёл сквозь «сито» предзащиты или даже предзащит, что комиссия из членов этого же совета дала положительное заключение о соответствии представленной диссертации специальности и отрасли науки, что все отзывы на работу – положительные. Видел я таких профессоров, им все эти аргументы – «по барабану». Диссертационный совет, в котором имеется несколько подобных «звёзд», я называю «кровожадным». Не дай вам Бог защищаться в таком совете!

Один раз я присутствовал на подобной защите, когда соискателя, написавшего докторскую диссертацию на стыке специальностей, «завалили» ни за́ что, ни про́ что. Это ведь как снежный ком. Один «тюкнул», второй, третий,… Начали «просыпаться» те члены совета, которые пришли просто подремать. И понеслось… Кто-нибудь видел фильм «Пираньи»?

Правда, есть — и немало, таких профессоров, которые «валят» молодого человека (девушку) строго «из принципа» — как представителя чуждых этому профессору научных концепций, либо как ученика своего коллеги-профессора, которого он терпеть не может.

Я думаю, что ещё не все аспиранты-первогодки серьёзно восприняли мой совет ходить на защиты по своей специальности с самого начала. Поэтому таким юным исследователям я предлагаю почитать фрагмент стенографической записи защиты диссертации одной моей юной хорошей знакомой.

Упомянутые исторические события происходили более 10 лет назад. Предлагаю вам, господа аспиранты, прочитать эту запись и окунуться в реальную атмосферу обсуждения кандидатской диссертации. Кусок стенограммы стоит прочитать только ради того, чтобы убедиться с каким удовольствием и профессионализмом эту юную особу «топтали» два заслужё́нных профессора. Классика.

Объективности ради, все фамилии реальных действующих лиц в этой научной «пьесе» сокращены до буквенных обозначений. «Иных уж нет, а те далече». А чем закончилась эта душераздирающая история на защите и как сложилась дальнейшая судьба молодой соискательницы, я расскажу в конце.

<пропущено>

Доктор технических наук, профессор Т.:

Уважаемые коллеги. Начну с того, что какой-то великий сказал, что математика похожа на мельницу, засыпь туда зерно — будет мука, засыпь стекло — тоже мука будет, только стеклянная. В защищаемой работе использован достаточно мощный математический аппарат для адаптивной фильтрации, но у меня лично создалось впечатление, что соискатель так и не понял, что он засыпает туда, в эту математическую мельницу. Не совсем представляет, что получилось на выходе.

Как вы знаете, диссертация состоит из оригинальной части, авторской, и, как обычно, обзорной. Так вот то, о чём спрашивал соискателя я, всё заложено в оригинальной части. И модель, и поляризация, и поляризационные параметры, и вся совокупность всех этих вещей при правильном понимании дала бы правильное понимание того, что существует на входе вот этого фильтра, и правильное понимание того, что получилось на выходе.

Так вот, как раз непонимание этих вопросов, на мой взгляд, и помешало соискателю правильно отвечать на них. И я могу добавить, что первую оценку диссертации и просьбу представить её к защите, были адресована мне. Мне дали диссертацию, я её прочитал. Мы с Г.П. беседовали часа полтора. Я задал ей те же самые вопросы, ответы на эти вопросы я не получил, ни тогда, ни сегодня. Хотя все они относились к оригинальной части диссертации. И поэтому говорить о том, что эти вопросы якобы не имеют никакого значения для результатов диссертации, нельзя.

И я предложил Г.П. не представлять диссертацию, а доработать её. И, на мой взгляд, успех был бы куда больший. Значит, я предупредил её, что если она будет представлять диссертацию, то все эти вопросы заданные ей, я задам на защите, что я соответственно и сделал.

Могу сказать, что к сожалению моему, она за это время не сочла необходимым разобраться в том, о чём я ее спрашивал. Я ей пытался объяснить, пытался показать направление, по которому стоит поискать и так далее. Но, как мне кажется, тут еще не только вина соискателя, сколько странная позиция кафедры <…> и <…> . Превосходное так сказать заключение, ни одного замечания, ура!

Я считаю, что кафедра несерьёзно отнеслась к очень серьёзной задаче. И тем самым в общем-то поставила Г.П., скажем так, в неприятные обстоятельства. Значит, моё мнение остается прежним. Диссертация не доработана, и её не стоило представлять к защите.

Можно согласиться — это мое личное мнение, с тем, что она содержит решение актуальной задачи. Задача есть, но только непонятно, что на входе, и что получено на выходе. Зачем нужна была поляризация? Я вижу эту диссертацию лучше, и она нисколько бы не пострадала, если бы из неё убрать всё, что связано с поляризацией. Зачем нужна там поляризация? Да, поляризация это модно, поляризация — это эффективно. Но ничего такого, что бы оправдывало эту поляризацию, в диссертации не сделано.

Кстати, я много раз спрашивал Г.П. в личной беседе, так что же такое поляризационные параметры. Но я не услышал ответа, и вы, господа, не услышали ответа. Потому что элементы матрицы рассеяния и поляризационные параметры — это различные вещи, это первое. Второе, поляризационные параметры волн, рассеянных в простейшем случае даже двумя объектами никогда не складываются. И так далее, и так далее, и так далее.

Соискатель Б.Г.П.:

Я говорила о сигналах, а не о параметрах.

Доктор технических наук, профессор Т.:

Г.П., Вы можете выступить со своей претензией в вашем заключительном слове. Поэтому я повторяю, что диссертация не доработанная, и представление было сделано напрасно. Ну, а совет пусть решает. Я свое мнение высказал.

Председательствующий, доктор физико-математических наук, профессор Ш.:

Спасибо. Кто ещё из членов совета хотел бы высказаться?

Доктор физико-математических наук, профессор З.:

Я хочу подчеркнуть, что мне понравилось в защите Г.П. Мне понравилась её воля. В общем, чувствуется её квалификация, она часто просвечивает, хотя не всегда убедительно. Но, тем не менее, её бойцовские качества на меня произвели впечатление, импонировали мне.

Я тоже выскажу несколько замечаний, связанных с положениями, выносимыми на защиту. Всего их три. Вокруг первого положения развивалась дискуссия. Я не буду повторять. Из содержания ясно, что тут есть очевидные логические противоречия. В силу линейности системы, если можно сделать одно, то значит нельзя сделать второе. То же самое относится, к сожалению, и ко второму. И в самом деле, здесь отсутствует ограничительная часть, потому при нулевой решетке с одной единственной целью неизбежно приходим к тому, что адаптивный алгоритм просто не нужен. Хотя здесь прямо утверждается, что он лучше. Короче говоря, этот баланс из трёх, где два не доработаны, где есть какая-то конструктивная идея, в общем, не очень хорош.

Председательствующий, доктор физико-математических наук, профессор Ш.:

Спасибо. Еще желающие. Пожалуйста, Г.Н.

Доктор физико-математических наук, профессор Г.:

Я очень много времени задавал вопросы, поэтому постараюсь ограничить себя в выступлении. Коснусь только двух тезисов.

Г.С. был прав, когда говорил, что дискуссия по поводу непосредственно физической модели вот этих отражателей — это лишняя дискуссия, поскольку диссертант брал, предполагал уже некие свойства отраженного и рассеянного сигнала и так далее. И, как мне кажется, одновременно он не прав.

Дело вот в чём, что если мы берём какие-то свойства принимаемого и отражённого сигнала, который потом проходит путь обработки и так далее, и пытаемся, как бы не обосновать, а утвердить верность принятого при этом соглашения, упрощающего дело, обращаясь к физической модели, то эту физическую модель надо как-то более-менее благостно подать, или мы вызовем ещё более резкое возражение, поскольку наше обоснование некорректно.

Вот в этом смысле физическая модель отражателей важна в этой дискуссии, в этой работе. То есть если ты не можешь свои положения красиво обосновать, то лучше вообще не делай этого. А обосновать чудовищными, нелогичными вещами и так далее, ты только портишь дело, ты не обосновываешь это, ты вызываешь огонь на себя. Это Матросов, который на амбразуру идёт. Вот такой первый тезис.

Ну уж и заодно к этому тезису. Дело в том что вот, что такое «зеркальные» точки. Это ведь не отражатели сами по себе, которые как-то плавают в пространстве, и так далее. Это некие зависимости от ориентации отражателя и локатора, возникающая, так сказать это некая абстракция конечно. Само название «зеркальные» точки говорит за себя. Они, конечно, в пространстве как-то блуждают. Но дело даже не в этом. А вот возьмем, например, частный вопрос о том, что совокупность принимаемых сигналов от всей совокупности этих отражающих точек, «зеркальных» точек, она нормальна по распределению.

А почему мы должны считать, что она нормальна? Центральная предельная теорема, во-первых, не всегда работает. Она доказана только для линейных преобразований. А во-вторых, когда она работает, то работает для очень большого количества участников, а не для четырёх-пяти, как здесь предполагается. А где у нас основание считать, что от «зеркальных» точек центральная предельная теорема вообще будет работать. Пусть для сотен, для тысяч, но для пяти — это всегда мало, даже когда теорема работает.

Никаких оснований у нас нет именно потому, что «зеркальные» точки блуждают по пространству и так далее. У меня нет никакой уверенности. Правда, я литературы не знаю, надо бы у В.Н. спросить. Может, я ломлюсь в открытые двери, может быть, кто-то доказал, что сумма комплексных амплитуд от «зеркальных» точек нормализуется уже при небольшом количестве этих «зеркальных» точек. Но, вот подумав, что сейчас я сяду за эту задачу, я бы не решился даже начинать решать эту задачу. Никакой уверенности нет, что здесь будет происходить нормализация по центральной предельной теореме. Это вот для чего я об этом заговорил. Это ведь частность и так далее. Для того, чтобы утвердить тезис, что если ты какими-то предположениями хочешь обосновать свои принятые предположения, то сначала подумай, убедительны они или нет. А здесь это анти-убедительно. Это был мой первый тезис.

Больше я ничего касаться не буду, никаких реалий этой работы.

А еще хочу рассказать пару слов, ну, как бы психолога о моральной, этической стороне вот этого дела. Значит я считаю, что Г.П. совершила крупную ошибку в своей жизни. И результаты этой ошибки могут быть фатальными, и я желаю ей… А могут быть и нет. Поэтому я вот желаю, чтобы результаты не стали фатальными, чтобы она выкарабкалась из этого.

Ошибка состоит в следующем: если ты делаешь научную работу, то ты уж никого не слушай, а насчет того, пора тебе защищаться или не пора тебе защищаться, пора тебе монографию писать или не пора тебе монографию писать, это нужно делать только в том случае, если ты хочешь сделать карьеру администратора в науке или в педагогике. Занять какой-то пост и прекрасно жить. Это тоже достойное занятие, кто-то должен занимать эти посты, но если ты хочешь стать учёным настоящим, здесь такой вопрос не обсуждался. Такой вопрос обсуждать рано. Но если ты хочешь стать им, то ты никого не слушай.

Я лично могу похвастаться тем, что однажды академик З. приказал мне защищаться, а я его не послушал. И так было несколько лет. Но это была просто травля. То есть, что мне досталось, я не знаю, как это описать. Я имею в виду докторскую диссертацию. Не был готов и всё.

Почему это может быть фатально? Потому что есть люди, которые проявляют мощное упорство, вот, в частности, в ответах на вопросы. Обратите внимание, ведь Г.П. не признала ни одного недостатка своего. Она боролась. Кто-то, например, профессор З., сказал, что ему это импонирует. А мне это не импонирует. Это опасный симптом. Потому что в науке быть правым во всём невозможно. И если человек хочет быть правым во всём, то это что-то не то. Что-то у него сломается во время занятий наукой.

Ну, можно конечно не признаваться мне, но признаться внутри, что идёт защита, я должна отпор дать. Ну ради Бога, если это так. Если это так, это значит хорошо. Бороться надо на защите, конечно. Вот, ну почему это может быть фатально. Потому что я просто знаю людей, которые… Вот у меня есть знакомый Л., давно доктор наук, профессор. Он мне лично говорил, что его сломало то, что З. раньше времени заставил его защитить докторскую. После этого, говорит я должен работать на докторском уровне, а я не могу работать на этом уровне. После того, как стал доктором, мне создали большую лабораторию. А я вижу, что мне надо еще учиться, я хочу учиться, читать, узнавать и так далее. А меня ломают: давай теперь, гони продукцию, гони там то-то то-то и так далее. То есть это, говорит, мне колоссально повредило. Думаю, что он был искренен. Вот что-то такое может случиться и с Г.П. Ну дай Бог, чтобы этого не случилось.

И главное. Вот ради чего эти скоропостижные защиты. Я согласен с В.Н., что она защищается раньше времени. Ведь Г.П. была у меня студенткой, и я хорошо помню, что училась она очень хорошо. Способная, она очень способная. То, что она умеет думать, соображать, работать, это вы все увидели. Ну что дальше, дальше то? Ну зачем такую птицу стрелять раньше времени, если она успешно летит? Зачем? А это — вот наша российская жизнь, российские реалии. Оказывается это какому-нибудь чиновнику где-нибудь в ректорате понадобилось, чтобы она защитилась. Чтобы какой-нибудь план выполнить. И ради этого свое родное вот так вот взять и отдать на поругание, на чёрт-те какие вопросы, в которых я еще не разобрался. Я думаю, что это просто неразумно. Это просто не в её интересах. Вот поэтому я считаю, что это ошибка. Спасибо.

Председательствующий, доктор физико-математических наук, профессор Ш.:

Спасибо. Еще желающие есть?

<пропущено>

Председательствующий, доктор физико-математических наук, профессор Ш.:

Предлагаю следующий состав счетной комиссии: Г.П.П., Г.Г.Г. и Т.А.А. Кто за этот состав, прошу проголосовать. Спасибо. Кто против? Кто воздержался? Единогласно. Комиссию прошу приступить к работе. Объявляется перерыв.

(после перерыва)

Председательствующий, доктор физико-математических наук, профессор Ш.:

Слово для оглашения протокола по результатам тайного голосования предоставляется председателю счетной комиссии Д.В.П.

Председатель счётной комиссии, доктор технических наук, профессор Д.:

Протокол заседания счетной комиссии. Состав диссертационного совета утвержден в количестве 21 человека. Присутствовало на заседании 16 членов совета, в том числе докторов наук по профилю рассматриваемой диссертации — 3. Роздано бюллетеней 16, осталось не розданных бюллетеней 5, оказалось в урне 16 бюллетеней. Результаты тайного голосования по вопросу о присуждении ученой степени кандидата технических наук по специальности NN.NN.NN — <…> Б.Г.П.: «за» — 12, «против» — 2, недействительных бюллетеней — 2.

Председательствующий, доктор физико-математических наук, профессор Ш.:

Спасибо. Есть предложение утвердить результаты тайного голосования. Кто за? Спасибо. Кто против? Кто воздержался? Принято единогласно.

Все те, кто прочитал текст стенограммы до конца, увидит только внешнюю, как бы словесную, сторону этих упражнений в ораторском искусстве. В отличие от вас, господа аспиранты, я-то знаю подробно всю реальную подоплёку проведённых словесных баталий, и чем на самом деле вызвано такое «топтание» на неплохой квалификационной работе. «Когда б вы знали, из какого сора Растут стихи, не ведая стыда…».

За многословной и, казалось бы, убедительной аргументацией против диссертации, на деле стояли чисто конкретные межличностные разборки между несколькими господами учёными. А юная Г.П. просто попала в жернова этой ярмарки тщеславия. После этого всё становится понятным. Особенно, если знать слова профессора Т., произнесённые им много-много лет назад: «Кроме меня, докторов наук по <…> за Уралом не будет!».

В некотором смысле итоги голосования членов диссертационного совета на данной защите оказались совершенно «прозрачными». Два известных персонажа при обсуждении открыто и недвусмысленно выступили против диссертации. И ровно два «чёрных шара» оказалось в корзине для голосования. Гораздо хуже, когда все присутствующие хвалят квалификационную работу, а потом «накидают полную панамку» голосов «против». Накануне соискательница приглашала меня на защиту. На что я ей ответил, что имея невоздержанный характер, а также учитывая «взаимную любовь» пары членов диссовета к моей персоне, я воздержусь от прихода. Поскольку моё возможное участие в дискуссии может только поднять её градус и всё испортить.

Через несколько месяцев из ВАКа пришёл запрос с требованием выслать диссертационное дело и саму диссертацию новоиспечённой кандидатки технических наук в Москву. Случай редчайший, потому что буквально за месяц до этого из ВАКа запрашивали другую диссертацию, защищённую в этом же совете, в порядке регулярной проверки. Вот так снаряд упал дважды в одну и ту же воронку. Хотя я знаю, кто лично и каким образом это «провернул». Через месяц диссертация вернулась обратно со штампом «Просмотрено». И всё!

Через некоторое время эта моя знакомая, которую настойчиво «топтали» упомянутые профессора Т. и Г., доказывая, что ей ещё рано защищаться, уехала в одну из европейских стран на позицию постдока в хороший университет из мирового top-100. И через два с половиной года после своей защиты здесь она защитила PhD диссертацию там. Причем вторая диссертация на 80 процентов отличается от той, что она защитила в России. Замужем. Двое детей. Двойная фамилия. Сохраняет российский паспорт и гражданство. Вот так! А вы говорите…