С Днём Победы! ( Они живы, пока о них помнят )

9 мая — День Победы, и этим всё сказано! С Праздником вас, товарищи аспиранты и молодые учёные!

Как только в нашей стране перестанут отмечать 9 мая в семьях и на государственном уровне, стыдливо спрячут подальше Знамя Победы, зарегулируют этот святой день по самое не хочу, либо перенесут его, как некие «цэеуропэйцы» на другой день — это будет означать, что тысячелетний проект под названием «Россия» закрыт навсегда.

То, что наши родные и близкие погибли на войне или умерли от ран, изменить нельзя. Можно только сохранить о них память и передать её своим детям, внукам, правнукам и так далее… Про моего деда я уже написал три года назад. Сегодня я хотел бы дать слово коллеге — Алине Викторовне Журавлёвой, которая прислала мне небольшой рассказ про своего деда.

Иногда просто удивляешься, «открыв» для себе человека, с которым вроде бы знаком. Но когда узнаёшь, что у неё в роду были беглый монах с горы Афон, казак, женившийся на пленённой турчанке, дворяне, участвовавшие в Польском восстании, то оказывается, что история — не только в толстых книжках. Она рядом, стоит только приглядеться…

«Химзащита и дорога до Берлина»

Мой дед — Носков Владимир Иванович (22.07.1902 – 27. 06.1988), был призван по мобилизации 10 марта 1942 г. в 228-ой запасный стрелковый полк, в котором с марта по апрель 1942 г. проходил обучение в качестве курсанта.

Поскольку в первые годы войны сохранялась реальная угроза применения немцами боевых отравляющих веществ, большое внимание тогда уделялось подготовке бойцов к действиям в условиях применения противником химического оружия. Одним из элементов боевой подготовки было «обкуривание» маршевых рот, чем дед и занимался в г. Ачинске с апреля 1942 по январь 1943 г. в должности химинструктора. Его сын Виктор однажды проходил эту процедуру во время сборов и так это описывал: «Небольшая землянка со входом и выходом, внутри горит сера, образуя сернистый газ. Идёшь с противогазом и на входе одеваешь его. Если боец неправильно подогнал свой противогаз, то не смертельные, но «незабываемые», ощущения были ему гарантированы».

Затем 228-ой запасный стрелковый полк вошёл в состав 1-го Белорусского фронта. С января 1943 по апрель 1945 дед воевал в должности командира автодегазатора хлорной известью (АХИ) в 33-м батальоне химзащиты. Основной задачей батальона при отсутствии химических атак была постановка дымовых завес, прикрывавших бойцов в ходе наступления. 12 апреля 1945 года он был контужен и попал в эвакогоспиталь № 01892, расположенный в одном из парков Берлина. В единственной посылке домой из Берлина был театральный бинокль и пиджачок на старшего сына. Только потом выяснилось, что посылку за него собрали и отправили ребята из его взвода. Среди тысяч автографов победителей на Рейхстаге стояла и его подпись.

С мая по август 1945, после выписки из госпиталя и окончания боевых действий, он продолжил службу в том же батальоне. Кстати, после освобождения Варшавы это подразделение было переименовано в «Отдельный Варшавский батальон химзащиты».

Восьмого августа 1945 года дед демобилизовался. Всего у него было пять боевых наград: орден «Красной звезды» (№ 2846860), медаль «За отвагу» (№ 3030312), медаль «За взятие Берлина», медаль «За освобождение Варшавы» и медаль «За победу над Германией» (№ 267451).

Юбилейных наград было намного больше, но и отношение к ним тогда было не такое, как сейчас. Часть наград была утеряна, когда ребятишки играли ими во дворе. Дед про войну никогда не рассказывал, неизменно отвечая «Война — это дело грязное». Поэтому большая часть информации взята из оставшихся документов и воспоминаний родственников.

Кто-то из молодых, насмотревшихся «Капитанов Америка» и прочей звёзднополосатой белиберды, наверное заскучает, прочитав рассказ и не увидев в нём супер-пуперских подвигов. Но война — это действительно тяжёлая и грязная работа, в которой могли победить только люди, знающие, что такое труд. Нынешним либероидам, вряд ли поднимавшим в жизни что-то тяжелее компьютерной мышки, этого не понять. А учитывая то, что именно они уже двадцать лет «реформируют» российское образование, то я не удивлюсь, если уже через несколько лет выпускники школ даже не будут знать точно против кого и за что мы воевали.