Печаль маньяка Или как поджигателей "взволновали" последствия пожара

Гендерно-нейтральные туалеты

В недавнем нашумевшем интервью бывшей кандидатки в Президентки России со скопинским маньяком, отсидевшим семнадцать лет за четырёхлетнее насилие в подвале собственного дома двух девушек 14 и 17 лет, недобитая гнида — это я про маньяка, заявила: «Ну, оступился немножко, с кем не бывает?».

В отличие от этого урода, который во времена СССР уже семнадцать лет гнил бы в безымянной могиле с дыркой в черепе, от российской либерастни, насилующей образование и науку в нашей стране последние 20 лет — не в подвале, а совершенно открыто, даже таких дебильных «оправданий» не дождаться.

Приведённая далее статейка «Хорошая аспирантура — условие инновационного развития», которую «наваяли» три либерастических персонажа из грёбаной Высшей школы экономики — Кузьминов1)Кузьминов — ректор грёбаной Высшей школы развала экономики., Фрумин2)Фрумин И.Д. — заслуженный профессор ВШЭ, руководящий экспертно-аналитической деятельностью НИУ ВШЭ в области образования. и примкнувший к ним некий жутко перспективный молодой человек по фамилии Терентьев3)Терентьев Е.А. — директор Аспирантской школы по образованию ВШЭ, канд. социологических наук, с.н.с., директор Центр социологии высшего образования Института образования, научным руководителем которого является престарелый пи..рас Фрумин., ярчайшее тому подтверждение. Как, собственно говоря, и нижеследующая картинка.

Пожар и поджигатели

В двух словах, содержание статейки, которая приводится ниже целиком4)Не только без купюр и лакун, но и с моими комментариями (в текстовых боксах), сводится к изложению крайней озабоченности поджигателей из ВШЭ последствиями организованного ими же пожара в аспирантуре. То есть представители либеральной клоаки, стоявшей у истоков уничтожения традиционного советского (российского) образования в целом, и полной дискредитации аспирантуры, в частности, начали хлопать руками по своим дряблым ляжкам и по-бабски причитать о последствиях.

Особую пикантность статье придаёт состав её авторов, занятный, с точки зрения нетрадиционных ориентаций.

В принципе, кто, чего и как вытворяет в койке (на диване, на раскладушке, в тамбуре, на сеновале, в салоне автомобиля, под трактором, и т.д.) никого некасаемо. Поскольку это дело личное, глубоко индивидуальное, зависящее от наличия тестостерона и эстрогенов, состояния опорно-двигательного аппарата, гибкости членов и пределов фантазии. Лишь бы оно не сопровождалось летальными5)Вспоминая концовку старого неприличного анекдота — «Дети зпт срочно приезжайте тчк папа разбился». исходами, а также агрессивной пропагандой и навязыванием своих негетеросексуальных предпочтений другим гражданам и гражданкам.

Что касается сексуальных предпочтений первого автора — ректора ВШЭй Кузьминова, то лучше на этот вопрос, конечно же, могла бы дать ответ его кремлёвская «крыша» — Председатель Центрального банка РФ, мадам Набиуллина6)Кстати, крайне неудачная фамилия для финансового деятеля, ибо в русском языке это сочетание путём перестановки всего двух букв мгновенно вызывает близкий по произношению, но резко отличающийся по смыслу вариант.. Идеально было бы, конечно, если бы Кузьминов вкупе со всеми остальными либерастами последовали примеру великого Ньютона и не оставили никакого потомства.

А вот третий автор, гр-н Фрумин, — это хорошо известный любитель «мальчиков». Наберите в Google «Фрумин Петров» и окатитесь по полной как фото, так и видео. Если не вытошнит, как меня на Тихом океане в девятибалльный шторм.

Причём в случае этой «сладкой парочки» распространённая литературная гипербола «меня начальство, ну, просто затрахало» в устах Петрова7)Петров Максим Николаевич, бывший начальник отдела маркетинга Института образования НИУ ВШЭ. Непосредственный подчинённый Фрумина. Номинация «Золотой человек». «Безотказный человек», судя по комментариям коллег. обрело бы вполне конкретный и реальный смысл. После скандала с выложенным в сеть видео об утехах с непосредственным начальником, тов. Петров пропал из ВШЭ и с интернет-горизонта. Я думаю, жив. Судя по колоссальной поддержке ВШЭ «наверху», количество пидар.сов в плохом и хорошем смысле этого слова там достаточно. Так что не пропадёт.

Казалось бы, «Что он Гекубе? Что ему Гекуба?». Взрослые люди, развлекаются как умеют. Лично мне безусловно по барабану вся эта «голубизна». Но почитайте биографию Фрумина: этот престарелый пи..рас, научный руководитель Института образования ВШЭ, через лобби ВШЭ в Минобрнауке определял (а может быть, до сих пор определяет) политику в сфере школьного(!) образования и влияет на то, чему и как учат, или собираются учить уже моих внуков.

Так что я бы на месте второго соавтора статьи, молоденького кандидата наук, Женечки Терентьева, не рисковал бы поворачиваться спиной к Фрумину или подпускать его с тыла. Даже в списке авторов. Во избежание. Чёрт его знает, «чо» этот старый хрен удумает…

И как раз во время написания материала пришла очередная новость из ВШЭ: арестован 39-летний доцент ВШЭ, некто А.А. Раков, «совершавший по переписке развратные действия в отношении двух малолетних девочек». Скоро, наверное, начнётся всемирный сбор подписей «рукопожатных со светлыми лицами» за освобождение и этого .удака, как «жертвы кровавого путинского режима».

Такое ощущение, что Высшая школа развала экономики решила ударными темпами собрать под свои радужные знамёна всех извращенцев. Так что полку́ русофобов, клоачечных профессоров, полу-фашистов, лесбиянок и педерастов в НИУ ВШЭ — «Флагмане российской науки и высшего образования», прибыло. Теперь встречайте педофилов! «Ашотакова?». Абсолютно в русле европейской, западной толерастии и BDSM. Или BLM? Да, в общем-то пофиг. Некрофилы и прочая европогань с несколькими десятками «гендеров» и призывами легализовать секс с детьми, по-видимому, на подходе. You are welcome!

Итак, внесите в студию «чёрный ящик» из ВШЭ!

«Хорошая аспирантура — условие инновационного развития»

Ярослав Кузьминов, Евгений Терентьев, Исак Фрумин

Мой комментарий

Редко когда можно обгадиться уже в само́м названии статьи, претендующей на некую научность. Но «Святой троице» кандидатов противоестественных наук это удалось на славу. «Хорошими» в русском языке бывают водка, погода, настроение и прочие устойчивые словосочетания. Но что такое, блин, «хорошая» аспирантура?! «Достойная», «примерная», «образцовая», «доставляющая удовольствие», «значительная», «солидная», «основательная»? Какое из множественных значений слова «хорошая» имели в виду авторы? «Тщательне́е надо, ребята!».

Второй момент. Я понимаю, что либеральных бесов просто корёжит от слов «Россия» или «наша страна». Но когда вы, господа «учёные», пишете «условие инновационного развития», вы что подразумеваете? «Инновационного развития» чего или кого? Высшей школы экономики? Занзибара? Всего мира? Или всё-таки России, раз в статье обсуждается аспирантура именно в нашей стране? Похоже, либеральные падлы, плотно оседлавшие бюджетные потоки, даже не способны выговаривать название страны своего временного пребывания.

Ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов и его соавторы анализируют8)Журнал «Коммерсантъ Наука» № 9 от 14.04.2021, стр. 41-44 ситуацию с аспирантурами и предлагают варианты развития.

2021 год в соответствии с указом президента объявлен Годом науки и технологий. Правительство приступило к разработке стратегии «Национальная инновационная система». Это с особой актуальностью ставит вопрос о необходимости принятия системных решений в области воспроизводства человеческого потенциала для науки и наукоемких отраслей экономики. Основным каналом такого воспроизводства в СССР была аспирантура. Им она остается во всем мире, но в России аспирантура уже практически перестала выполнять эту функцию.

Ой-ё-ёй! Ну, кто-бы мог подумать: «Аспирантура перестала выполнять в России исходную функцию»! Один из главных поджигателей системы образования и науки в стране — Кузьминов, обнюхивая свои ладони, пахнущие бензином, констатировал: «Ты погляди-ка, шо делается! Дом-то почти догорел. С чего бы это? Ты смотри, ай-я-яй, ты смотри…».

Основные признаки неблагополучия

В последние десятилетия российская аспирантура демонстрирует устойчивый тренд на снижение как объемов подготовки кадров, так и показателей эффективности. Так, после продолжительного роста численности аспирантского контингента в 1990-е и 2000-е годы с пиком в 2010 году, когда общее число аспирантов составило 157 437 человек, в 2010-е годы отмечается резкое сокращение их числа. В 2019 году образовательных и научных организациях обучались только 84 265 аспирантов.

Лично для меня сокращение численности российских аспирантов в два раза за 10 лет не говорит ровным счётом ни о чём.

Без анализа количественных изменений по специальностям приведённые данные не имеют смысла от слова совсем. И вот почему.

Я совершенно не удивлюсь, если упоминаемый «продолжительный рост» в 1990-х и 2000-х был вызван увеличением числа табуреточных и псевдогуманитарных вузов, и связанным с этим ростом поголовья никчёмных аспирантов в области неестественных и противоестественных наук. Толку и пользы от которых для страны — ноль повдоль.

Другое дело, если произошло обрушение аспирантуры в области естественных и технических наук. Тогда России — реально «ж.па». Но авторы из организации, осуществляющей поточное русофобское производство бесполезных кадров, а конкретнее, «мяса» для готовящейся будущей «цветной революции»9) В Киргизии — «тюльпановая», в Грузии — «революция роз», в Мьянме — «шафрановая», … Движуха «белоленточников» в России в 2011-2013 гг. была названа «болотной революцией». По мне, так в самую точку. Пока неизвестно, какое название уже заготовлено для бунта либеральных упырей к 2024 году. Подождём. в нашей стране, на такие «мелочи» не обращают внимания.

Сокращение приема в аспирантуру выглядит особенно тревожным на фоне значительного числа россиян, уезжающих для обучения в аспирантуре за рубежом. Цифра эта (по оценкам на основе опросов 15 ведущих университетов России и анализа данных о международных студентах в ряде стран) может показаться небольшой — 700–900 человек в год (в США на программах магистратуры и аспирантуры обучается около 2 тыс. россиян), но важно, что речь идет о самых талантливых и перспективных выпускниках магистратуры.

Вот в чём принципиальная разница между научными публикациями настоящих учёных и поделием квази- или псевдо-учёных, как данный триумвират? Любое принципиальное утверждение в научной статье должно быть доказуемо и проверяемо. Откуда авторы взяли, что упомянутые 700-900 молодых людей самые талантливые и перспективные? «Какие вашьи доказателства?». А, может быть, большинство из упомянутых сотен выпускников магистратуры просто-напросто имеют состоятельных родителей-чиновников или коммерсантов, способных оплатить пребывание в зарубежных университетах? А если при этом в башке у них только девки и забористая дурь?

Динамика общей численности аспирантского контингента, 2010-2019 гг.

Рис.1. Динамика общей численности аспирантского контингента, 2010-2019 гг.

Аналогичный тренд фиксируется и в отношении выпуска аспирантов: в период между 2010 и 2019 годами число выпускников аспирантских программ снизилось почти в два раза — с 33 763 до 18 069 человек. Это связано не только со снижением приема, но и с ростом отсева в ходе обучения — по экспертным оценкам, 50% принятых в аспирантуру перестают учиться (работать над диссертацией) уже после второго года обучения.

И конечно, свидетельством острого неблагополучия аспирантуры является снижение доли защит в срок (в течение года после окончания аспирантуры): если в 2011 году почти треть выпускников аспирантуры соответствующего года защитили диссертацию, то в 2019-м — только один из десяти. В абсолютных числах значение этого показателя в 2019 году составило всего 1629 человек.

Эта универсальная, на все времена, чиновничья фраза о «свидетельстве острого неблагополучия аспирантуры», по сути, подводит итог всей либеральной, исключительно прозападной, «реформы» в российском образовании после начала 2000-х. Катастрофический итог, замечу.

Слово «реформа» взято в кавычки потому, что это было фактически целенаправленное уничтожение, прежней, условно советской, модели образования. Начиная со школьного и заканчивая аспирантурой. Официально курочить российскую школу начали с сентября 2003 после вступления России в Болонский процесс. Причём основным «промоутером» этой дебильной затеи был тогдашний министр образования Филиппов. Причём уже хренову тучу лет этот старый .удак является Председателем Высшей аттестационной комиссии (ВАК).  «Совпадение? Не думаю…» (©)

Динамика количества защит в срок, 2000-2019 гг.

Рис.2. Динамика количества защит в срок, 2000-2019 гг.

Трудно найти ещё какой-то сектор в нашей экономике или социальной сфере, в котором годами бы мирились с эффективностью ниже 20%. Но, оказывается, это возможно, даже несмотря на прямое возмущение этой ситуацией, высказанное президентом РФ в 2018 году. Проблема здесь не только и не столько в выкинутых на ветер средствах на стипендии или оплату научных руководителей. Проблема в том, что способные молодые люди зря теряют время, а страна не восполняет дефицит учёных.

Трудно найти ещё какой-то сектор, кроме образования и науки, который возглавляло бы такое количество либерастов, сумевших разрушить прежнюю систему ради тупого обезъяничества с западных шаблонов и распила бабла на абсолютно дебильных проектах типа «5-100».

Возможно, по какой-то неведомой мне причине10)Хотя некоторые товарищи утверждают, что это было одним из условий прихода В.В. Путина во власть: экономика, финансы, образование и наука — либералам, а внешняя политика, ВПК и социалка — условному Путину., либеральным уродам всё-таки не дали полностью развернуться и показать себя во всей красе в сфере ОПК11)ОПК — оборонно-промышленный комплекс. ВПК — военно-промышленный комплекс.. Именно поэтому в каких-то военно-технических направлениях России удалось вырваться вперёд по сравнению с Западом. Ну, а там, где рулила и рулит прозападная пятая колонна, там не было и не будет толка. Всё, к чему прикасаются эти иностранные агенты, сознательно превращается ими в дерьмо.

Численность выпускников аспирантуры, 2018

Рис.3. Численность выпускников аспирантуры, 201812)Фото: OECD Education at Glance 2019

А что происходит в мире

Российская ситуация находится в противофазе с глобальными трендами на массовизацию аспирантуры и увеличение аспирантского контингента, что создает очевидную угрозу для устойчивого развития в сфере науки и наукоемких отраслей экономики и снижения глобальной конкурентоспособности России в соответствующих сферах. По общему количеству выпускников аспирантуры в 2018 году Россия занимала седьмое место в мире после США, Китая, Великобритании, Германии, Индии и Бразилии.

При этом по числу присуждённых степеней Россия не входит даже в первую десятку стран, уступая в том числе Испании, Франции, Японии и Корее. В 2018 году в России были присуждены 9672 учёные степени, что в семь и шесть раз соответственно меньше, чем в США и Китае, и примерно в три раза меньше, чем в Германии и Великобритании.

Количество присуждённых учёных степеней по странам (в тыс. чел.), 2018

Рис.4. Количество присуждённых учёных степеней по странам
(в тыс. чел), 201813)Диаграмма: OECD Education at Glance 2019 + альтернативные 50 источники для Китая, Индии и России

— Что происходит на свете?
— А просто зима.
— Просто зима, полагаете вы?
— Полагаю.

Не обсуждая и не подвергая сомнению приведённые выше конкретные числовые показатели, хотелось бы сделать реплику апа́рте. При известных манипулятивных навыках, коими либерасты владеют в совершенстве, доказать что «чёрное» — это «белое», и наоборот, это как два пальца об асфальт.

От души посмешил использованный термин «массовизация аспирантуры». Чем заканчивается массовизация культуры видно уже невооружённым глазом по объёму псевдокультурного дерьма в информационном пространстве. Кстати, нахождение «в противофазе» с глобальными трендами, коим, по-видимому, сильно огорчаются авторы, не говорит о том, что это плохо. Пока Россия ещё держится «в противофазе» с трендами на доминирование ЛГБТшников, трансгендеров и прочих извращенцев в общественной жизни.

На мой взгляд, приведённый на рис. 4 график является типичным примером распределения средних температур по больницам. Повторюсь: суммарное количество присуждённых учёных степеней без учёта общей численности вовлечённых в научные исследования, национальных традиций и особенностей14)В большинстве стран одноступенчатая система присуждения учёных степеней. В России и ряде других стран — двухступенчатая (кандидат и доктор наук). Как сравнивать?, а также без учёта распределения числа защитившихся по конкретным специальностям, не имеет смысла.

Интересно, а как бы авторы проинтерпретировали тот факт, что число присуждённых учёных степеней в Нидерландах в разы меньше, чем в России. Хотя число голландских университетов15)Например, Делфтский университет технологии (TUDelft), в котором я работал «вахтовым» методом с 1997 по 2004 гг., входит в топ-100 мировых рейтингов QS и Times Higher Education, и в топ-200 ARWU. в топ-100 и топ-200 трёх основных мировых рейтингов университетов многократно16)QS-2021” (в топ-100 присутствуют 2 университета из Нидерландов и 1 из России; в топ-200: Нидерланды — 9, Россия — 1), “THE-2021” (в топ-100: Нидерланды — 7, Россия — 0; в топ-200: Нидерланды — 11, Россия — 1), “ARWU-2021” (в топ-100: Нидерланды — 4, Россия — 1; в топ-200: Нидерланды — 9, Россия — 1 университет.), почти на порядок, превышает аналогичное число российских вузов.

В сравнении со странами ОЭСР Россия относится к группе стран с наименьшей долей населения в возрастной когорте 25–64 года с учёной степенью. В 2018 году значение этого показателя составило всего 0,3%, что существенно ниже не только показателей по странам-лидерам — Словении (3,8%), Швейцарии (3,2%), Люксембургу (2,2%), США (2,0%) и Швеции (1,6%), но и более чем в три раза ниже среднего значения показателя по странам ОЭСР (1%).

Доля населения с ученой степенью в возрастной когорте 25-64 года 3,0 по странам ОЭСР (в %)Рис.5. Доля населения с учёной степенью в возрастной когорте
25-64 года 3,0 по странам ОЭСР (в %)
17)Диаграмма: OECD Education at Glance 2019

Ну, и? Учитывая присутствие в перечне таких стран ОЭСР как Бразилия, Мексика, Индонезия и Новая Зеландия, у меня вопрос: «Кто-нибудь видит в этом списке Японию и Южную Корею — две страны ОЭСР, которые являются мировыми лидерами в области современных технологий?». Ну, и хера ли значит, что в «лидерах» по данному показателю оказалась микроскопическая Словения, которая уступает по площади Бакчарскому району — одному и не самому большому из 16 районов Томской области? Назовите-ка мне хотя бы одного современного словенского учёного из любой отрасли знаний. Да, ни в жисть, никто не вспомнит! Вот и «именнашта» — маленькая европейская деревня, вот и всё. Тогда о чём этаком говорит этот график? Да, ни о чём…

При этом страны-конкуренты видят в аспирантуре основной канал привлечения талантов. Поэтому доля аспирантуры среди всех субсидируемых государством, бизнесом или университетами мест для иностранных студентов в странах-конкурентах составляет от 40% до 70%. Это приводит к тому, что доля иностранных студентов в аспирантуре, например, в Великобритании составляет 45%; в США на PhD-программах по естественным и инженерным наукам учится около 30% иностранцев. Для сравнения, в России доля иностранных аспирантов составляет только 9%. При этом примерно 40% из них представляют страны СНГ.

«Пичалька» Высшей школы экономики в отношении малого числа состоятельных зарубежных аспирантов вполне понятна. Если до сих пор им пока удаётся ежегодно разводить десятки тысяч молодых лохов-абитуриентов внутри России, и втюхивать свою липовую аспирантуру сотням магистрантов, клюнувшим на шильдик ВШЭ, то убедить зарубежных искателей научных приключений массово хлынуть в ВШЭ и окатиться той хернёй, которую они впаривают аборигенам, не удаётся.

Кроме того, дело ещё в другом. Когда в 2002 году мы привезли в ТУСУР декана факультета электротехники, математики и информатики Делфтского университета технологии, Яна ван Катвийка (Jan van Katwijk), он обратился к нашим студентам радиотехнического факультета: «Ребята, приезжайте к нам учиться. У нас страшный недобор на технические специальности». И это было почти 20 лет назад. Вы что же думаете, что с тех пор положение улучшилось?

Подтверждением этих слов может служить история про поездку в Америку в 1995 году, которую я описал в материале «О дружбе народов». Причём, сорок пять и тридцать процентов иностранных аспирантов в Великобритании и США, которым завуалированно завидуют Кузьминов и Со, на мой взгляд, означает только одно — местным недоумкам, включая многочисленных социальных паразитов в лице BLM и прочих нацменьшинств, гораздо проще и привычнее сесть на социальное пособие или гробануть магазин, чем грызть гранит науки. Тем более, что уровень элементарного образования у этих дебилов не то что ниже плинтуса, а уже ниже фундамента нулевого уровня. Какая им, нахер, аспирантура?! Поэтому и идёт закачка в эти страны «мозгов» из других стран. Вот и всё объяснение.

Почему так случилось и где мы оказались

Первый этап острого кризиса аспирантуры пришелся на 1990-е годы, когда резко упало финансирование науки и высшего образования, снизилась привлекательность научной карьеры. С конца 1990-х аспирантура адаптировалась к новым реалиям. Она коммерциализировалась. В значительной части степень стала товаром. Число аспирантов и защит росло на фоне снижающегося качества. После 2012 года стали расти риски для недобросовестных аспирантов, повысились требования и к диссертациям, и к процедуре. Аспирантура стала уровнем образования, что привело к росту регламентации и бюрократизации процесса обучения.

Когда я читаю эти строки, написанные Кузьминовым — одним из тех, кто всегда входил в либеральную ОПГ, участвовавшую в развале и разворовывании России в 90-х годах, с использованием слов «упало», «росло», «стала», «привело», я понимаю, что он, таким образом, пытается сформулировать вечный хохлятский тезис «само насралося».  Тот, кто не жил в начале 90-х, не может ощутить весь ужас — я не преувеличиваю — происходившего тогда. И сейчас этот покровитель и крышеватель престарелых пида..сов пытается всех уверить, что бардак в российской аспирантуре произошёл сам по себе.

А кто же помножил на ноль российскую науку в начале 90-х? Ответ: правившая тогда страной олигархическая кодла под прикрытием вечно полутрезвого Ельцина и его либеральной банды. Многие из той банды живы, с.ка, до сих пор, и сидят не «на зоне», а в «высоких» кабинетах.

Кто многие годы закрывал глаза на создание липовых, табуреточных вузов, формирование продажных диссоветов, нескрываемый плагиат и торговлю диссертациями? — Либерасты, руководившие и продолжающие руководить Минобрнаукой и ВАКом.

Кто превратил аспирантуру в грёбаную третью ступень высшего образования, чем окончательно её добил? Минобрнауки на пару с Госдумой, которыми манипулировали и продолжают это делать многочисленные уроды из ВШЭ, РАНХиГС, Финуниверситета и других прозападных структур.

И теперь один из этих м.даков, непосредственно участвовавший в развале аспирантуры, делает невинное лицо. Или, судя по фотографиям, морду!

Ну, а самый цензурный ответ на вопрос авторов публикации «Где мы оказались?» — «в Караганде».

Таким образом, за 30 лет:

— стипендия аспиранта снизилась до 3–8 тыс. руб., при этом в 1991 году она была сравнима с зарплатой ассистента и МНС;
— оплата научного руководства (как доля ставки) снизилась с 1/5 до 1/12;
— между первым этапом университетского обучения и аспирантурой появился промежуточный — магистратура, что увеличивает выбор студентов, но одновременно снижает вероятность продолжения обучения в аспирантуре после магистратуры, которая почти во всех вузах носит профессиональный, а не академический характер;
— возможности университетов и научных институтов принимать аспирантов на должности научных сотрудников или стажеров перед началом обучения (для академического развития) и на срок обучения с включением тематики диссертаций в планы научной работы снизились в 10–15 раз (экспертные оценки);
— требования к качеству диссертационных исследований повысились, они предполагают реальную глобальную конкурентоспособность исследования, использование иностранных источников и современных методов.

Рассмотрим подробнее указанные факторы кризиса.

Недостаток финансирования

Базовый размер государственной стипендии для аспирантов очной формы обучения сегодня составляет примерно 3,5 тыс. руб. в месяц. Обучающиеся по приоритетным направлениям подготовки, входящим в перечень, утвержденный приказом Минобрнауки России от 24 августа 2012 года №654, получают около 8,3 тыс. руб. в месяц. Это существенно ниже размера стипендиальной поддержки аспирантов даже в ряде постсоветских стран. Так, ежемесячный размер аспирантской стипендии в Казахстане и Белоруссии составляет около 20 тыс. руб. Мы не говорим о стипендиях аспирантов в таких странах, как Германия или Голландия, где аспиранты, по сути, получают зарплату, принимаясь на должности младших научных сотрудников в исследовательские центры или проекты своих научных руководителей. Базовый размер зарплаты на таких позициях в Голландии составляет от €2,4 тыс. в месяц, в Германии — от €3,5 тыс. до €5 тыс. в месяц.

Низкий уровень финансовой поддержки не позволяет полностью сконцентрироваться на обучении и подготовке диссертации и вынуждает искать возможность дополнительного заработка. Результаты социологических исследований показывают, что около 90% российских аспирантов занимаются оплачиваемой трудовой деятельностью. При этом почти 80% аспирантов работают вне вуза / научной организации, и их работа не связана с тематикой диссертации. То есть из полноценного основного занятия для почти трех четвертей обучающихся аспирантура превратилась в заочную.

К этому надо добавить, что в большинстве случаев аспиранты не имеют средств для академической мобильности, даже для оплаты оргвзноса онлайн-конференций, что приводит и активных аспирантов в ситуацию научной изоляции, провинциализма. И, конечно, в сфере медицинских, инженерных, естественных наук (впрочем, все больше и в сфере гуманитарных и социальных наук) аспиранты не могут нормально вести исследования из-за отсутствия ресурсов на собственно исследовательскую работу: на оборудование, сбор эмпирических данных, проведение экспериментов.

Слабость академической поддержки аспирантов

Наши исследования говорят о том, что не более 30% аспирантов обсуждают прогресс научной работы с научным руководителем чаще раза в месяц. Этого, как правило, оказывается недостаточно для качественного продвижения. Низкий уровень академической поддержки аспирантов отчасти является следствием недостаточности текущих стимулов для научных руководителей, отчасти — следствием системных проблем, связанных с невозможностью реализации современной распределенной модели научного руководства. Базовым стимулом для того, чтобы заниматься научным руководством, сегодня является получение педагогической нагрузки в размере (как правило) 50 часов. В большинстве случаев этого времени оказывается недостаточно для качественной реализации научного руководства. В условиях высокой нагрузки по другим направлениям профессиональной деятельности научные руководители часто вынуждены делать выбор в пользу преподавания и собственных исследований. Результаты исследований свидетельствуют о том, что значительная часть научных руководителей не выполняют своих функций и не оказывают аспирантам поддержку, что негативно сказывается на их шансах защититься.

Особенно проблематичным стимулирование научных руководителей становится на этапе после формального завершения трехлетнего или четырёхлетнего обучения, когда научный руководитель теряет свой формальный статус и соответствующую нагрузку и, по сути, вынужден заниматься научным руководством на добровольных началах. При этом в российской системе аспирантского образования нормативно не закреплена возможность реализации распределенной модели научного руководства с назначением каждому аспиранту нескольких научных руководителей, что позволяет создать систему «сдержек и противовесов» и снизить риск неуспешности из-за излишней зависимости итогового результата от взаимодействия и отношений в паре научный руководитель—аспирант. Эта проблема стоит особенно остро в условиях полидисциплинарного характера современной науки, когда один руководитель зачастую не может являться специалистом сразу в нескольких областях, и для повышения качества академической поддержки аспиранта требуется привлечение к научному руководству специалистов из разных областей. Согласно отчету комиссии по аспирантскому образованию Европейской ассоциации университетов (EUA-CDE), только в четверти европейских университетов полностью сохранилась модель индивидуального руководства. В подавляющем большинстве случаев научное руководство осуществляется в командах, состоящих из двух-пяти экспертов, которые могут быть как сотрудниками университетов и научных организаций, реализующих аспирантские программы, так и внешними специалистами.

А в приведённом выше абзаце нам предлагают ознакомиться с очередным извержением интеллекта ВШЭй. Планируется заложить ещё одну либералистическую мину под российскую аспирантуру, то есть законодательно «закрепить» известную несколько веков пословицу «У семи нянек дитя без глазу». Причём в «стотыщпитсотый» раз изреченная ВШАми «мудрость» оказалось рождённой не в бездонных глубинах собственных полушарий, а банальной перепечаткой буржуйской методички в лице EUA-CDE.

Кстати, Высшая школа экономики (бегущая, теряя тапки, за умственными выкидышами буржуев) уже обустроила в своих учебных и административных зданиях гендерно-нейтральные туалеты?

Что касается лично меня, то я не знаю ни одного случая положительного итога полноформатного «полируководства» аспирантами в технической области. Может быть, я просто не в курсе. Но наслышан об обратных примерах, когда два руководителя тянут аспиранта в разные стороны. Что получается в результате, можете представить. Также знаю о защищённых аспирантами диссертациях с двойным руководством. Но в этих случаях второй научный «руководитель», как правило, был чистой формальностью, либо появлялся исключительно как «продукт» неких «политических» игр.

Второй момент. Когда эти пацаны пишут о «полидисциплинарном характере современной науки», они в очередной раз изобретают велосипед и путают хрен с пальцем. Спорить о том, что новые знания и технологии всё в больших масштабах появляются именно на стыках отдельных дисциплин или даже направлений, бессмысленно.  «— Нет, это не факт. Это гораздо больше, чем факт. Так оно и было на самом деле.» (©)

Но дело в том, что к аспирантуре в естественных и технических науках, этот тезис, по большому счёту, имеет весьма непрямое отношение.

Среди моих остепенённых знакомых всего один человек защитил докторскую диссертацию на «полустыке» технических специальностей. Найти данные о количестве диссертаций, защищённых в нашей стране по нескольким специальностям, мне не удалось. Нельзя же считать пустопоржнюю фразу Филиппова «всё больше и больше появляется диссертаций на стыке наук» адекватной оценкой ситуации. И это произносит Председатель ВАК, математик по образованию, который либо не владеет ситуацией, либо ни хрена не помнит.

А ведь от диссертации на соискание учёной степени кандидата наук никто не требует охеренных прорывов в будущее. По сути, это — лишь квалификационная работа, не больше, но и не меньше.

Поэтому когда эти господа вылазят с подобными инициативами, нужно отчётливо понимать, что они чего-то удумали. Либераст, заботящийся об общественном благе и процветании страны — это оксюморон. Как правило, любое кардинальное предложение от ВШЭй связано с перенаправлением бюджетных денег в собственный карман. И никак иначе.

Низкое качество исследовательской подготовки аспирантского контингента

В России сегодня не выстроена система исследовательской подготовки студентов бакалавриата и магистратуры, которая позволит получать на входе в аспирантуру абитуриентов со сформированными компетенциями в соответствующей области. Во время обучения студенты, как правило, не получают опыта участия в реальных исследованиях. Самому развитию исследовательских компетенций не уделяется достаточное внимание в учебных планах. Кроме того, в образовательных программах на разных уровнях высшего образования сегодня существуют разрывы, которые препятствуют выстраиванию единых исследовательских и образовательных траекторий, которые позволили бы эффективно справляться с требованиями, предъявляемыми к аспирантам и выпускникам аспирантуры. Зачастую присутствуют дублирование и перехлесты в учебных планах на разных уровнях, что препятствует эффективному использованию полного потенциала соответствующих образовательных программ. Нормативно не закреплена возможность реализации длинных треков «исследовательская магистратура-аспирантура» (то есть пятилетний трек после бакалавриата), которые распространены за рубежом и показывают эффективность для повышения показателей эффективности аспирантуры. Классическим примером реализации такой модели являются американские PhD-программы, на которые можно поступить после завершения бакалавриата и которые предполагают соответствующий магистратуре уровень учебной нагрузки с фокусом на развитие исследовательских компетенций в течение первых двух-трех лет обучения и дальнейшей фокусировкой на исследовании и подготовке диссертации в течение трех-четырех лет. Аналогичные интегрированные программы существуют и в Великобритании, и в ряде других стран. Как правило, они длятся четыре-пять лет, и первый год выделяется на освоение учебных курсов уровня магистратуры, нацеленных на развитие исследовательских навыков.

Эти грёбаные «строители» «Прекрасной России Будущего», включая Высшую школу экономики и многочисленных пида..сов ака Фрумин, разрушив достаточно крепкий (советский) фундамент школьного образования, по-фарисейски удивляются кривизне и стремлению рухнуть возведённых верхних «этажей дома». Спросите любого адекватного преподавателя нормального технического вуза, и он вам скажет, что уровень подготовки абитуриентов за последнее десятилетие просто рухнул.

И, по большому счёту, несмотря на конкурсы, отбор в аспирантуру в наше время по принципу «лучших из лучших» уже невозможен. Гораздо точнее этот принцип озвучен в старом мультике «Пёс в сапогах».

Во-вторых, если авторы, употребляя выражения «не выстроена система…», «не получают опыта участия…», «не уделяется достаточное внимание…», имеют ввиду своё грёбаное учебное заведение, то это — их проблемы. Лично я знаю вузы, в которых всё это давным-давно существует.

Ну, и опять же на кого либерастня из ВШЭ может ссылаться, как на Истину в Последней Инстанции? Естественно, на «американские PhD-программы». Так и хочется спросить: вы за последние 20 лет, кроме тупого исполнения западных инструкций, что-нибудь путное своей башкой придумали?

Рассогласование исследовательских задач аспирантов и актуальной научной повестки

Проблема «диссертабельных» тем всегда была значимой. Она означает, что аспирантам дают (они выбирают) тему, которая не столь значима научно, но реализуема с точки зрения подготовки диссертации в относительно короткий срок. Но в последние десятилетия эта проблема существенно обострилась. Это связано как с ослаблением исследовательской деятельности в большинстве университетов, так и с преобладанием «коротких» грантов и других форм поддержки исследований, принятых в стране. Это также резко отличается от доминирующей зарубежной практики, когда большинство грантов имеют срок от трех лет и предусматривают специальные ресурсы именно для привлечения аспирантов. По сути, большинство аспирантов в странах-конкурентах являются научными сотрудниками и проводят исследования в рамках больших научных проектов. Поэтому они получают не стипендию, а заработную плату исследователей. Модель целевого набора аспирантов в исследовательские проекты с оплатой их труда из средств соответствующих проектов распространена, например, в Голландии и скандинавских странах (Швеция, Норвегия, Дания). Эта модель предполагает индивидуальный набор на каждую позицию, соответствующий скорее логике найма на работу, а не набора на образовательную программу. Соответственно, тема исследования аспиранта задается логикой проекта, а не индивидуальными предпочтениями соискателя.

Во многих странах аспиранты участвуют в проектах, инициируемых бизнесом, что стимулирует их продолжить работу в исследовательских подразделениях компаний реального сектора. Индустриальная аспирантура, построенная на партнерстве университетов и бизнеса, распространена в скандинавских странах (Дания, Норвегия, Швеция, Финляндия), а также во Франции, Италии и Великобритании. Как правило, она предполагает, что индустриальный партнер покрывает полностью или большую часть затрат (до 80%) на реализацию исследовательского проекта с оплатой работы аспиранта. Для таких программ действуют специальные правила набора (как правило, наличие опыта работы в соответствующей отрасли является необходимым условием) и образовательная программа (нацеленная в том числе на развитие жестких навыков, востребованных в соответствующей области, а также мягких навыков, востребованных в индустрии: работа в команде, навыки ведения предпринимательской деятельности и др.). Аспирантам назначаются несколько руководителей, которые представляют как образовательную или научную организацию, так и индустриального партнера. Тема исследования, как правило, формулируется по результатам переговоров между университетом и индустриальным партнером с опорой в первую очередь на запрос и задачи индустриального партнера.

Важно отметить, что указанные выше дефициты в той или иной мере характерны не только для аспирантов в вузах, но и для аспирантов в системе государственных академий наук, включая РАН. Эффективность аспирантуры в РАН лишь немного выше показателей по университетам (11,3% против 10,4% в 2019 году). При этом распространение получили и платная аспирантура, и заочная аспирантура, эффективность которых еще ниже средней. Так, в 2017 году только 10,2% выпускников заочной аспирантуры защитили диссертацию в течение нормативного периода по сравнению с 14,1% среди очных аспирантов. Значение аналогичного показателя среди платных аспирантов составило 11,7% по сравнению с 13,2% среди аспирантов, обучающихся на бюджетной форме обучения.

Что было сделано в последние годы?

Научная общественность и руководители государства уже не раз выражали беспокойство состоянием аспирантуры. Можно выделить три основные линии мер, направленных на улучшение ситуации.

Модернизация системы защит, номенклатуры специальностей, повышение требований к диссертационным советам сыграли важную роль в повышении качества диссертаций, в борьбе с научной недобросовестностью. Вместе с тем эти меры носили только ограничительный характер и привели к сокращению защит, к сужению возможностей аспирантов подать работу в диссертационный совет. При этом архаичная система представления и защиты диссертаций не позволяют всерьез использовать этот этап для повышения качества представленной работы. Большинство защит проводится в значительной мере формально. При этом достаточно большое число университетов и научных центров получили право присуждать собственные степени и проводить защиты по собственной процедуре. С одной стороны, эта практика показала свою результативность. Во всех этих вузах повысилась эффективность аспирантуры, научная продуктивность аспирантов. Но, во-первых, таких вузов немного, а во-вторых, в большинстве из них с опаской отнеслись к новым возможностям и воспользовались ими в очень малой степени, сохранив в основном традиционные подходы.

Продление сроков обучения в аспирантуре по ряду специальностей стало важным сигналом признания неблагополучия. Но пока неочевидно влияние этой инновации на качество и эффективность научной работы аспирантов.

Попытка построения аспирантуры как уровня образования со своими государственными стандартами, как это было определено в федеральном законе «Об образовании в Российской Федерации» в 2012 году, оказалась неудачной. При отсутствии ресурсов она привела лишь к усилению бюрократии и снижению научной продуктивности. В соответствии с поправками к закону в 2021 году будет осуществлен переход от обучения в аспирантуре по Федеральным государственным образовательным стандартам (ФГОС) к обучению по Федеральным государственным требованиям (ФГТ), что повлечет за собой отмену государственной аккредитации аспирантских программ. Кроме того, предполагается возврат к принципу обязательности защиты по результатам освоения программы, когда процедура государственной аттестации будет синхронизирована с процедурой предзащиты. Хотя в целом этот шаг является логичным и может способствовать решению ряда текущих проблем, связанных с разрывами в аттестационных мероприятиях и излишней зарегулированностью аспирантских программ, он является лишь возвращением к прежним нормам. Бюрократия скомпрометировала саму идею продолжения систематического специализированного обучения в аспирантуре, которая укрепляется в мире.

Вышеприведённый абзац является ключевым во всей этой публикации. Другими словами,  насильник-маньяк обвиняет жертву в том, что она в результате 8-летнего изнасилования потеряла здоровье, интерес к жизни, и вообще, «чо-то» плоховато выглядит. Похоже на то, что Кузьминов, возглавлявший и, к сожалению, продолжающий до настоящего времени рулить преступной организацией, именуемой ВШЭ, пытается перевести стрелки на некую неуловимую бюрократию. Хотя именно Высшая школа экономики со своими идеологическими подельниками имела самое непосредственное отношение к превращению аспирантуры в третью ступень высшего образования. И до определённого момента они этого даже не скрывали. Сначала получить деньги за «поджог дома», а затем нагреть свои руки на «поставке материалов для его восстановления» — это могут только наши российские либералы или национал-предатели, захватившие командные высоты в образовании и науке.

Исключительно важным и позитивным шагом стало включение в 2018 году в национальный проект «Образование» специального мероприятия, направленного на повышение дохода аспирантов. В соответствии с ним РФФИ провел конкурс и присудил 1,5 тыс. грантов аспирантам второго года обучения (5% когорты), что позволило поднять доходы этой группы аспирантов на 25–30 тыс. руб. в месяц. Систематический анализ результативности такой интервенции нам неизвестен. Экспертные оценки показывают, что эти гранты стали стимулом, но не решили задачи обеспечения аспирантов только на научной работе, а также не решили проблему качественного научного руководства.

Что делать?

Единственная вещь, которая могла бы — пусть даже в отдалённой перспективе, помочь российской науке и образованию выбраться из той трясины, куда их завели либерасты, — это полная люстрация собственно либералов и их многочисленных лоббистов в Правительстве и министерствах Российской Федерации.

Первым шагом должно стать полное лишение бюджетного финансирования Высшей школы экономики, РАНХиГС, Финуниверситета и прочих либеральных отстойников, с последующим официальным признанием их иностранными агентами. Любое упоминание в биографии или послужном списке указанных организаций должно являться основанием для увольнения или запрета приёма на работу (службу) в любые государственные органы Российской Федерации. Для начала пока всё.

Во-первых, отказ от стипендий и создание массовой грантовой поддержки аспирантов

Решению обозначенных проблем может способствовать расширение грантовой поддержки аспирантов и их исследовательских проектов. Реализованный в 2019 и 2020 годах специализированный конкурс Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) по поддержке аспирантов является важнейшим шагом в этом направлении, однако объем охватываемого программой контингента представляется недостаточным для осуществления качественного прорыва в повышении показателей эффективности. Расширение финансовой поддержки может быть реализовано через предоставление научным институтам и университетам грантов на исследования, предполагающие наем аспирантов для вовлечения в реальные проекты с оплатой труда. Срок реализации грантов должен соответствовать нормативному периоду обучения в аспирантуре. Размер финансирования должен позволять оплачивать работу аспиранта на уровне не ниже 50% медианного дохода в регионе. Совершенно очевидно, что эти гранты должны включать ресурсы для академической мобильности (в том числе и для стажировок в ведущих отечественных и зарубежных университетах), для сбора эмпирических данных и т. д.

Во-вторых, стимулирование продуктивного научного руководства

Аспирантура не заработает без усиления системы стимулов для научных руководителей аспирантов, разработки и внедрения программ их профессионального развития (что особенно актуально для молодых коллег, которые только начинают вовлекаться в эту деятельность). Важным шагом здесь могло бы стать увеличение базового объема учебной нагрузки, предоставляемой за научное руководство аспирантами (до 75 академических часов в течение учебного года с возможностью назначения второго соруководителя и назначением ему/ей нагрузки в размере 25 академических часов в течение учебного года), а также распространение в образовательных организациях программ профессиональной подготовки в области научного руководства аспирантами, которые сегодня активно развиваются во многих ведущих мировых университетах и научных центрах. Кроме того, предлагается ввести разовые стимулирующие выплаты для научных руководителей, чьи аспиранты защитились в течение нормативного срока обучения или года после его завершения (в размере 200 тыс. руб.). Именно такая система оплаты по результату позволила существенно поднять эффективность аспирантуры в ряде европейских стран.

В-третьих, внедрение интегрированных программ «магистратура-аспирантура»

Наконец, важной задачей является разработка нормативной базы и содержания, а также организационная поддержка длинных образовательных программ «магистратура-аспирантура», которые позволят обучающимся выстраивать долгие исследовательские линии, развивать свои академические навыки в течение более длительного периода времени и обеспечивать качественный академический задел уже во время обучения в магистратуре. Целый ряд российских университетов уже начал экспериментирование с такого рода программами, однако пока они наталкиваются на ряд нормативных и содержательных ограничений, преодоление которых требует централизованных решений.

В-четвертых, резервирование средств на поддержку исследований аспирантов и студентов исследовательской магистратуры в грантовых конкурсах

Для включения аспирантов в большие научные проекты и для обеспечения возможности реализации исследовательских образовательных программ уже на уровне магистратуры с вовлечением студентов в реальные исследования предлагается резервировать не менее 5% средств ФОТ во всех грантах РНФ на оплату работы аспирантов и магистров.

Заключение

Можно утверждать, что, несмотря на общественное внимание и даже попытки ресурсной поддержки, аспирантура остается самым «отстающим» уровнем образования в России. Её состояние создает серьёзные угрозы для будущего российской науки и технологий, для интеллектуального потенциала страны. Год науки и технологий должен стать годом перелома негативных тенденций в развитии аспирантуры, годом открытия новых перспектив для будущих интеллектуальных лидеров страны.

«Запоминается последняя фраза. Важно войти в нужный разговор, но ещё важнее искусство выхода из разговора» (©, Ю.С. Семёнов, «17 мгновений весны».)

Как видим, либерастня ВШЭ ничего не поняла и ничему не научились. То, что убило аспирантуру — превращение её в уровень высшего образования, в банальную станцию пересадки недозрелых магистрантов с одной учебной скамьи на другую,  даже не обсуждается, а вылетает изо рта по Фрейду. В общем, трындец котёнку… Кстати, у кого-то остались сомнения, кого именно эта банда видит в роли «будущих интеллектуальных лидеров страны»?

Сноски

1 Кузьминов — ректор грёбаной Высшей школы развала экономики.
2 Фрумин И.Д. — заслуженный профессор ВШЭ, руководящий экспертно-аналитической деятельностью НИУ ВШЭ в области образования.
3 Терентьев Е.А. — директор Аспирантской школы по образованию ВШЭ, канд. социологических наук, с.н.с., директор Центр социологии высшего образования Института образования, научным руководителем которого является престарелый пи..рас Фрумин.
4 Не только без купюр и лакун, но и с моими комментариями (в текстовых боксах)
5 Вспоминая концовку старого неприличного анекдота — «Дети зпт срочно приезжайте тчк папа разбился».
6 Кстати, крайне неудачная фамилия для финансового деятеля, ибо в русском языке это сочетание путём перестановки всего двух букв мгновенно вызывает близкий по произношению, но резко отличающийся по смыслу вариант.
7 Петров Максим Николаевич, бывший начальник отдела маркетинга Института образования НИУ ВШЭ. Непосредственный подчинённый Фрумина. Номинация «Золотой человек». «Безотказный человек», судя по комментариям коллег.
8 Журнал «Коммерсантъ Наука» № 9 от 14.04.2021, стр. 41-44
9 В Киргизии — «тюльпановая», в Грузии — «революция роз», в Мьянме — «шафрановая», … Движуха «белоленточников» в России в 2011-2013 гг. была названа «болотной революцией». По мне, так в самую точку. Пока неизвестно, какое название уже заготовлено для бунта либеральных упырей к 2024 году. Подождём.
10 Хотя некоторые товарищи утверждают, что это было одним из условий прихода В.В. Путина во власть: экономика, финансы, образование и наука — либералам, а внешняя политика, ВПК и социалка — условному Путину.
11 ОПК — оборонно-промышленный комплекс. ВПК — военно-промышленный комплекс.
12 Фото: OECD Education at Glance 2019
13 Диаграмма: OECD Education at Glance 2019 + альтернативные 50 источники для Китая, Индии и России
14 В большинстве стран одноступенчатая система присуждения учёных степеней. В России и ряде других стран — двухступенчатая (кандидат и доктор наук). Как сравнивать?
15 Например, Делфтский университет технологии (TUDelft), в котором я работал «вахтовым» методом с 1997 по 2004 гг., входит в топ-100 мировых рейтингов QS и Times Higher Education, и в топ-200 ARWU.
16 QS-2021” (в топ-100 присутствуют 2 университета из Нидерландов и 1 из России; в топ-200: Нидерланды — 9, Россия — 1), “THE-2021” (в топ-100: Нидерланды — 7, Россия — 0; в топ-200: Нидерланды — 11, Россия — 1), “ARWU-2021” (в топ-100: Нидерланды — 4, Россия — 1; в топ-200: Нидерланды — 9, Россия — 1 университет.)
17 Диаграмма: OECD Education at Glance 2019
Яндекс.Метрика