Хирш, ты кто, в натуре? ( Ленинские параллели )

Сегодня у нас в гостях доктор технических наук, профессор, автор рассылки «Сибирская секция IEEE», председатель IEEE YP Affinity Group Российской секции по Сибири, Стукач Олег Владимирович со своим душещипательным материалом «Владимир Ильич Хиршев» от 21 января 2017 года. Аспиранту, обдумывающему своё будущее житьё в науке, будет полезно прочитать, на мой взгляд.

Широко известно т.н. «ленинское определение науки», сохранённое устным преданием, подчёрпнутое из утерянных ныне апокрифов: «Наука — это объективная реальность, существующая независимо от нашего сознания и данная нам в публикациях» [1].

Сегодня самое время, пока Владимир Ильич отмечает антихеппибёздник и продолжает принимать оздоровительные глицериновые ванны с уксуснокислым калием, подумать над вопросом: «Почему не определяется индекс Хирша для Ленина?» [2, с. 106].

Конечно, цель автора статьи [2] совершенно иная. Он отмечает, что «Руководство ФАНО 1)Федеральное агентство научных организаций РФ. и МОН 2)Министерство образования и науки РФ. в последние годы использует в качестве оценки деятельности сотрудников из учреждений науки и высшего образования индекс Хирша», причем, добавим, достаточно изуверским способом: преподавателей оценивают по тому, как они ведут исследования, а сотрудников научных институтов — как они калымят преподами. Ну, извините, давайте тогда сентябрьские сельхозработы вернём у студентов, сенокосами наградим кафедры, ну и так далее, «на горе всем буржуям мировой пожар раздуем».

Название статьи — «Цели и результаты соревнований по импакт-факторам и h-индексу» не в полной мере отражают её содержание: результаты только смутно всплывают из тумана, и уже весьма печальные, а цель тут одна. В лениноидное время её называли ёмкими словами «идеологическая диверсия» с соответствующими последствиями для диверсантов.

Для поддержания интриги и интереса читателей приведём некоторые полезные техники повышения хэ-индекса, рассмотренные в статье.

«Сколь угодно высокого качества публикаций автора для роста Хирша недостаточно: лучше иметь много умеренно цитируемых работ, чем мало работ, очень часто цитируемых».

«Единственная гениальная работа даст индекс Хирша, равный всего лишь единице, сколько бы раз на неё не ссылались».

«Для более эффективного роста Хирша лучше всего, чтобы количество цитируемых работ и количество цитат на них примерно совпадало».

Что же делать участникам соревнования? Можно просто отправить в игнор и сказать «меня не победить, я не соревнуюсь». Но тогда «вы просто выпадаете из науки, выпадаете из образования, вы вынуждены влачить жалкое существование на унизительную зарплату, либо уходить из науки и образования вообще в иную сферу деятельности».

Поэтому надо хотя бы в некоторой мере озаботиться радостью взаимного цитирования [3], то есть «цитировать под заказ цитируемого автора, то есть с учётом его пожеланий», подтягивать к цитированию и подсовывать под цитирование: «Искусственные действия для роста индекса Хирша намного эффективнее, естественного процесса… Автор, больше уделяющий внимания настоящей научной деятельности, и не уделяющей внимания росту собственного индекса Хирша, находится в худшей ситуации в сравнении с графоманом, заботящимся о росте индекса Хирша» [2].

«Автор должен своевременно подсовывать под цитирование те самые работы, которые являются эффективными участниками этого конкурса в том смысле, что количество цитирований на них лишь немного отстает от значения индекса Хирша».

«Необходимо подтягивать те статьи, которые процитированы меньшее число раз к тому количеству цитирований, которые процитированы большее число раз. Даже если эти статьи уже устарели, и имеются статьи с более свежими результатами, автору надо позаботиться о том, чтобы и эти неактуальные статьи тоже процитировали, потому что это намного эффективнее, чем писать новые статьи, которым ещё надо набрать цитирований».

«Если цитирование статей будет происходить неконтролируемым образом, это не будет давать быстрого роста индекса Хирша. Если же автор будет сам отбирать те статьи, которые назрели для очередного цитирования, то он может добиться более быстрого роста индекса Хирша».

«Цитирование в зависимости от ценности статей не обеспечит достаточно быстрого роста этого показателя».

В статье [2] есть ещё много интересных мыслей — по отрицательному цитированию, импакт-факторам журналов, о том, что «Делить деньги по Хиршу — молодежи денег не видать».

Отдельного внимания заслуживает раздел о плагиате. Должен заметить, что прямое воровство теперь встречается значительно реже, чем раньше. Диссернет — не в счёт, там идёт борьба с проходимцами, не имеющими отношение к науке. А вот «недопустимый процент самоцитирования« — штука довольно интересная. Дело в том, что количество разумных сочетаний слов в научных текстах ограничено. Предел их использования уже не за горами, поэтому что бы сейчас не было написано, всегда находится автор, сделавший часть текста ранее.

Но вот что интересно: имея как организатор конференций IEEE доступ к системе кросс-проверки и проводя проверку своих и чужих текстов, стало понятно, как эта штука работает.

В частности, поисковик особо не копает на глубину, поэтому можно сделать ещё один вывод, не отмеченный в [2]: Вбрасывать для переопубликования свои старые работы, отрихтованные и особо не потерявшие в актуальности проще, чем проводить новые исследования и писать новые статьи. Важно, чтобы статьи были достаточно старыми по критерию видимости в системах антиплагиата. Сейчас это примерно пять лет. Особо ценными можно считать статьи, опубликованные в виде файлов в старых форматах.

В [2] не делается различий в h-индексе, определяемому по разным реферативным базам. А между тем различие имеет место быть.

Например, в отчётность национальных исследовательских университетов не входят наукометрические показатели из РИНЦ3)Российский индекс научного цитирования (РИНЦ), поэтому с точки зрения МОН существование РИНЦ сомнительно. По мнению МОН, сотрудники национальных исследовательских университетов должны публиковаться только в изданиях, индексируемых в WoS и Scopus. Почему были выбраны именно эти базы, когда есть десятки других? Без сомнения, абсолютно случайно. В МОН работают кристально честные люди, никакого сговора нет.

Но как писать статьи на английском языке, если под рукой нет Native English соавтора, а знание языка находится в дельта-окрестности уровня A2?

На помощь приходит метод набора текста из стандартных оборотов [4] или несмешных, проверенных боем, предложений и фраз из статей англо-саксонских авторов [5].

При проверке статей, поданных на конференции SIBCON 2015 и 2016 годов было обнаружено три таких методологически правильных работы. Отчёт о проверке подобных статей расцвечен как цыганка в индийском храме: каждый источник раскрашивается своим цветом. Только вот незадача: по пол-процентика с каждого предложения зачастую и наскребается тот самый недопустимый уровень неоригинального текста.

Итак, подведём краткий итог, снова вернувшись к работе [2].

«Не важно, страдаете ли вы честолюбием, или нет, индекс Хирша вас волнует не потому, что вам хочется быть рекордсменом (или просто превзойти коллег по некоторому показателю), а потому, что вас обязуют заботиться о его повышении, иначе вы выпадаете из системы Российской академии наук (РАН) или из образовательной организации (ОО), где вы работаете. Вы будете изгоем, вас будут наказывать за отсутствие соответствующих показателей, вас отлучат от финансирования, и как следствие от профессиональной деятельности.

Без финансирования заниматься наукой на достаточном уровне невозможно, без научных исследований невозможно писать качественные научные статьи, без статей не будет финансирования.

Вам остаётся либо входить в элитный клуб авторов с весомым индексом Хирша (правдами или не правдами), либо смириться со статусом неудачника… Неправдами входить в этот элитный клуб легче. А всякий учёный — человек мыслящий, он не был бы учёным, если бы он не мог отыскивать более простые пути для решения сложных задач. Следовательно, любой учёный рано или поздно приходит к пониманию того, что необходимо осуществлять специальные действия для роста собственного индекса Хирша».

Страна медленно, но верно идёт по пути имитации науки и саморазрушения. Не станем ей в этом мешать.

«Перед отечественной наукой и инновационной сферой российские элиты ставить задачи пока не научились. Просить же учёных увеличить цитируемость в западных базах данных, вырастить индекс Хирша может только хозяин, который не знает, чем же занять работников» [6].

«Мониторинг вузов и оценка их эффективности, борьба с плагиатом, дорожная карта до 2018 года, эффективный контракт, 10 супер-вузов, попадание в топ-100, сокращение диссертационных советов, лишение научных степеней … Точно также, беспорядочными кругами, по деревенскому двору носится курица, у которой лишь мгновение назад отрубили голову, а она, вырвавшись из-под топора, всё ещё продолжает свои безумные телодвижения» [7].

Партийная литература [8]

[1] Евгений Маликов, «Банщик и латынь» // Завтра, N 50(1202), декабрь, 2016.

[2] Жмудь В.А. Цели и результаты соревнований по импакт-факторам и h-индексу // Автоматика и программная инженерия. — 2016. — N 4(18). — С. 104-127.

[3] Радость взаимного цитирования.

[4] Сосинский А.Б. Как написать математическую статью по-английски. — М: Изд-во «Факториал Пресс», 2000. — 112с. — ISBN 5-88688-032-1

[5] Карнышев В.И., Стукач О.В. Аспирантура: курс молодого бойца. Часть 1. Зарубежные публикации. Учебное пособие. — Томск: Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники, 2000. — 150 с.

[6] Г. Малинецкий. Российская наука. Последний рубеж. // Завтра, 2016. — Август. — N 32 (1184). — С. 4-5.

[7] Фильтрация информационного «базара»: продолжаем «потрошить» буржуев. Часть 1.

[8] Ленин В.И. Партийная организация и партийная литература. — Полн. собр. соч. — Т. 12. — С. 101-115.

Сноски   [ + ]

1. Федеральное агентство научных организаций РФ.
2. Министерство образования и науки РФ.
3. Российский индекс научного цитирования (РИНЦ)