Людской ассортимент ( Немного о "патрициях" и "плебеях" )

И, как всегда, причиной написания этой заметки (а, вообще-то, и многих других) стала очередная лошадиная инъекция «вакцины злости», впрыснутая мне федеральными СМИ от всей души. Причём, не снимая рубашки, опять вкололи «новейшую вакцину замедленной усвояемости»1)Х/ф «Кавказская пленница»..

Честно говоря, я нифига не понял, почему 85-летие вдовы небезызвестного г-на Ельцина нужно было отмечать чуть ли не на уровне государственного праздника. Ей что мало воздвигнутого её мужу в Екатеринбурге хрензнаетсколькиэтажного Мавзолея, который острословы уже переименовали в «ПохмЕльцин-Центр»?

Кто надоумил придворных кинематографистов сварганить документальный фильмец с романтичным названием, который почему-то прокатили на паре центральных ТВ-каналов в ночное время, как фильм из категории «только для взрослых»?

Одному Богу известно, зачем Светлейший устроил на всю страну этот публичный «праздник послушания» для всей либеральной сволочи. Ну, съездил бы по-тихому к вдове домой, вручил бы купленный у метро букетик, попил бы чайку с привезённым тортиком, и «харэ». Но, нет! Не хватало только праздничного салюта на Красной площади в Москве в её честь.

Понятно, что для либероидов вечно полутрезвый Борис Николаич до сих пор — «бог-типа-Саваоф», на которого они беспрестанно молятся потому, что ему буквально чуть-чуть не хватило, чтобы отправить эту «замызганную Россию» со всеми её «простолюдинами» в небытие, перекрасив страну на звёздно-полосатый манер и навсегда освободив от «имперского синдрома».

Из всего того ельцинско-гайдаровского бардака в стране в первой половине 90-х у меня никак не выходит из головы одна «картинка»: «на автобусной остановке «Почтампт» интеллигентного вида дядечка в галстуке, стараясь ни на кого не смотреть, подбирает сигаретные окурки». Были ли подобные кадры в документальном блокбастере «Наина Ельцина. История в любви»?

Послушаешь в телевизоре видных либерастических уродов обоего пола, по которым плачет «Шереметьево-2», и подумаешь: «Откуда в них просто биологическая ненависть к стране, в которой эти прямоходящие особи обитают?» По тюрьмам и лагерям они особо сроки не мотали, лес (кроме как себе в карман) не валили, «Беломор-канал» не строили, с голоду ни они, ни их отпрыски до 12-го колена не пухли, по людям не побирались. Наоборот, жрут как не в три горла, деньги бурным потоком прут безостановочно из-за бугра, в Правительстве РФ во главе с Димоном I от сторонников либеральных идей даже не продохнуть,… «Чо» вам от нас ещё надо-то? Чем Россия перед вами, козлами, провинилась? Ещё не всё из неё выкачали и перевели в Лондон?

Я представляю, на сколько порядков ядовитее шипел и визжал бы сейчас по ТВ какой-нибудь гозман, прости Господи, если бы он пережил хотя бы крохотную долю того, что выпало за почти 90 лет жизни моему дяде Коле. Который почти 60 лет проработал в лесной промышленности Томской области, и с удовольствием плюнул бы в морду этим гозманам за их слова о нашей стране и народе.

Не знаю, напишет ли когда-нибудь нормальный российский писатель правдивую книгу или роман о наших доморощенных либералах. Скорее всего нет. Ну, кому охота копаться по локоть в дерьме?

Но о моём дяде, Николае Андреевиче Черемисине, книгу, и неплохую, написали ещё 40 лет назад. Именно он послужил прототипом главного героя романа Виля Липатова «Игорь Саввович». Понятно, что фабулу романа и многие детали Виль Владимирович придумал, тем более, что многое из биографии прототипа просто не могло тогда войти в книгу. Поэтому хочу немного восполнить это «упущение» известного сибирского писателя и рассказать о первых годах жизни Николая Андреевича.

Дядя Коля родился 15 мая 1928 года на Алтае в деревне Енисейское в семье крестьянина Черемисина Андрея Леонтьевича.

В те же годы его дед Леонтий по письменному(!) заявлению неграмотной(!) жены, обвинившей его, ни много ни мало, в связях с Англией, был приговорён «тройкой» к 10 годам лагерей по ст. 5810 УК СССР и сослан в Магадан, где участвовал в строительстве электростанции, а потом и возглавил её.

В марте 1930 года маленький Николай (в возрасте 2-х лет!) был признан вместе с отцом зажиточными кулаками и выслан в Тегульдетский район Томской губернии. После долгого этапа всех, кто через два месяца всё-таки добрался до места назначения, повезли из Тегульдета на барже вниз по р. Чулым на север. Через 100 километров их высадили на острове, заросшем елями и пихтами, где была сплошная тайга. Работник комендатуры дал команду выгружаться и рыть на берегу землянки, устраивая жильё.

Вплоть до 1931 года на каждого члена семьи выдавали всего по 200 граммов муки в день. Больше никаких продуктов не привозили и не выдавали. Всё остальное приходилось выменивать в соседних поселениях, где жили чулымские остяки, промышлявшие рыбалкой и охотой.

Первые несколько лет ссылки ушло на обустройство и создание мало-мальски сносных условий для выживания. На четыре семьи они построили дом. Начали корчевать лес, готовить поля, чтобы посеять рожь, высаживать картошку и овощи. Купили лошадь, корову и начали потихоньку жить.

Через три года из выживших ссыльных, которых свезли в пос. Красный Яр Томской губернии, начали организовывать колхозы. Объединив все земельные наделы и реквизировав лошадей, создали три колхоза. Тех, кто отказывался туда вступать, арестовывали, как саботажников, и увозили в Мариинскую тюрьму, в Сиблаг. Иногда в поселке, по доносам в комендатуру, за сутки арестовывали по 10-15 человек. Арестовывали преимущественно по ночам. Через 3-4 года население посёлка сократилось до одного колхоза.

В 13 лет, в 1941 году, он пошёл работать в колхоз: весной — посевная, летом — уборочные работы и заготовка сена, зимой — развозил почту на 30-км дистанции. В 1945 году, когда ему исполнилось 17 лет, его направили в леспромхоз на конную вывозку леса, где он уже через пару месяцев ежедневно выполнял 2-3 дневных нормы. За счет хорошей работы его лошадь кормили двойной нормой, давая 8 кг овса. А дядя Коля за свою работу, кроме зарплаты, получал премию — 18 метров мануфактуры — хлопчатобумажной диагонали. К 1946 году он был на лесовывозке уже передовиком производства. И в том же году, в период навигации его поставили бригадиром на лесосплавных работах.

В общем, во времена СССР орден Трудового Красного знамени (1971) кому попало не выдавали.

И всегда, как бы не было трудно, он говорил, что страна и народ — это одно, а дураки-начальники — совсем другое. Поэтому пафосное празднование юбилея и награждение неизвестно за какие заслуги вдовы г-на Ельцина, отбросившего Россию на десятилетия назад, — это просто издевательство над всеми теми, кто в нашей стране честно трудился всю свою жизнь.

Сноски   [ + ]

1. Х/ф «Кавказская пленница».